«Зеркало, зеркало» — дебютная книга Кары Делевинь

«Зеркало, зеркало» — дебютная книга Кары Делевинь

Кара Делевинь — одна из самых влиятельных и красивых женщин своего поколения, модель и актриса, известная по фильмам «Отряд самоубийц», «Бумажные города» и «Валериан и город тысячи планет», представляет свою дебютную книгу, написанную в соавторстве с Роуэн Коулман. 

«Зеркало, зеркало» — история взросления, опасностей и испытаний, с которыми сталкиваются подростки. Ред, Роуз, Лео и Наоми играют в школьной рок-группе — они делятся друг с другом своими мечтами и секретами, вместе проводят все свободное время. Однако однажды все меняется.  

Наоми находят в реке без сознания и с тяжелыми травмами. И кто напал на девушку — неизвестно. Пока их подруга находится в больнице, ребята пытаются понять, что же с ней произошло. Рыжеволосая Ред обычно — аутсайдер и интроверт — в этот раз берет на себя роль детектива и начинает собственное расследование. И чем больше девушка погружается в тайны своих друзей, тем больше ее настораживает их поведение. Что скрывает красотка Роуз? В какие неприятности попал отчаянный Лео? И как это связано с тем, что случилось с Наоми? Им по шестнадцать, жизнь их не балует, будущее туманно, и, кажется, весь мир против них.

Анонсируя свою дебютную книгу в инстаграме, Кара Делевинь предложила открыто обсуждать проблемы подростков: «Давайте организуем один большой виртуальный книжный клуб! Мне хочется, чтобы все мы говорили о подростковом периоде жизни человека, о познании себя, дружбе, боли, моментах триумфа. О том, каково это — быть тинейджером! О тех опытах, которые делают нас теми, кто мы есть!» Свою книгу автор адресует «каждому, кто чувствует себя потерянным. Надеюсь, эта книга побудит тебя двигаться навстречу своим мечтам и поможет никогда не терять надежды». 

Предлагаем ознакомиться с отрывком из книги.

Я вовремя замечаю Роуз, почти растворившуюся в нескончаемом потоке школьников.

— Эй, чудачка! — кричу я. Понурив плечи, она останавливается. Неужели Роуз пыталась проскольз­нуть мимо меня незамеченной?

— А, привет. — Она без особого энтузиазма машет рукой.

— Пойдем вместе? — Обычно я не задаю таких во­просов. Обычно мы просто вместе идем домой.

— Ну хорошо.

— Где ты была на большой перемене? До концерта, как ты знаешь, осталась всего пара дней, а тут поло­вина группы берет и не является на репетицию. У нас, вообще-то, важное дело. Мы его ради Най затеяли, да и Смит угрохал на организацию уйму времени и сил, давайте не будем его подводить.

— Знаю. — Роуз останавливается. — Ты думаешь, мне все это безразлично?

— Извини. — Внезапно меня охватывает смер­тельная усталость. — Я только хочу, чтобы получилось круто. Ради всех нас.

— Да-да, я знаю, прости. — Но ни лицо Роуз, ни тон ее голоса не выражают сожаления. Больше того, ей не терпится, чтоб ее оставили в покое. Это так на нее не­похоже, что мне делается не по себе. — Но у меня все под контролем. К тому же мне не нужно так много репетировать, как вам. Это вам с Лео надо привести в форму этого, мелкого, ну как его там.

— Лекраджа, — говорю я. Паренек заслуживает, чтобы его хотя бы называли по имени.

— Вот-вот. — Роуз нетерпеливо переступает с места на место, как будто я ее задерживаю.

— Так где ты была?

— Да тут, недалеко, — отвечает она, взглянув на меня поверх сползших на кончик носа очков. Сейчас гораздо теплее, чем было утром, поэтому она сняла пальто и перебросила через плечо. В груди у меня кипит негодование, которое я изо всех сил игно­рирую. Успокойся, не то спугнешь ее.

— Ты встречалась с тем парнем, который прислал тебе эсэмэс? Это был Маз?

— Господи, Ред, да успокойся ты! Конечно, мы друзья и все такое, но я не обязана посвящать тебя в подробности своей личной жизни. Временами даже не знаешь, куда от тебя деваться.

Ее слова застают меня врасплох и больно ранят. Она еще никогда не брала со мной такой тон. Глаза предательски жгут слезы, и, чтобы она их не увидела, я замедляю шаг, а Роуз продолжает идти, оставляя меня позади. Мне удается взять себя в руки, но на место слез приходит полная опустошенность. Ребята из нашей школы делают вид, что ничего не заметили, и, обгоняя меня, лишь искоса поглядывают в мою сто­рону и пихают друг друга локтями. Дойдя до моста, я останавливаюсь и заглядываю в темные воды Темзы. На память приходит мой недавний кошмар.

— Блин, прости. — Роуз вернулась. Она произ­носит эти слова с улыбкой и смешком, типа, не стоит обижаться из-за всяких мелочей.

— Ничего, — говорю я застенчиво.

— Ну, тогда пойдем. — Сделав несколько шагов вперед, она оглядывается, но я почему-то не двигаюсь с места, хотя обычно всегда следую за ней, куда бы она меня ни позвала.

— Что ты хотела этим сказать? — выпаливаю я, не­смотря на то, что мне меньше всего хочется услышать ответ на этот вопрос.

— Ты о чем? — вздыхает Роуз. Она прекрасно знает, о чем я.

— О том, что ты не знаешь, куда от меня деваться.

Она в раздражении закидывает голову назад.

— Слушай, я ничего такого не имела в виду. Просто… просто мне не всегда хочется делиться с тобой и Лео всем-превсем. Должно же у меня быть личное пространство.

— Хорошо, — говорю я. — Только…

— Что? — Она делает шаг по направлению ко мне.

— Ну, расскажи мне хоть что-нибудь об этом парне. Хотя бы самую малость.

— О таком только извращенцы просят. — Роуз про­должает идти, а я напрягаю все силы, чтоб остаться где стою и позволить ей скрыться за потоком транспорта, но в итоге срываюсь с места и бегу за ней мелкой трусцой.

Иногда я себя ненавижу.

— Я не хочу, чтоб ты подвергала себя опасности, — говорю я. — Одно дело напиваться в парке, и совсем другое — нарываться на проблемы с полицией или сбегать с уроков черт знает с кем.

— Ред, это называется быть подростком, — фыр­кает Роуз.

— А вот и нет, — говорю я. — Можешь назвать хотя бы еще одного человека, который на этой неделе попадал в участок или курил травку в подсобке для канцелярских принадлежностей, или где ты там этим занималась? Роуз, с тобой случались ужасные вещи…

Одним взглядом она заставляет меня заткнуться.

— Ах, бедная травмированная малышка Роуз! Жизнь так ее потрепала, и теперь она пустилась во все тяжкие. Если бы только нашелся благородный рыцарь в сияющих доспехах, вот он бы ее спас! Так ты, верно, думаешь? — Она мотает головой. — Только штука в том, Ред, что тебе до рыцаря далеко. Ты вы­езжаешь за счет того, что крутишься вокруг нас с Лео, а без нас ничего из себя не представляешь. Ты ду­маешь, что знаешь меня, но на самом деле это не так. Ты ни хера меня не знаешь, и, честно говоря, мне уже порядком поднадоели твои замашки. Как ты смеешь указывать мне, как жить, когда даже с собственными проблемами разобраться не можешь?

Я будто гляжу за незнакомку: привычные черты лица изменились до неузнаваемости, и в них отчет­ливо читается презрение, которого не было даже в тот первый день, когда нас заставили играть вместе в группе.

Впервые за все время нашего знакомства Роуз смотрит на меня сверху вниз. Что с ней происходит? И почему именно сейчас?

— Роуз. — Я делаю шаг ей навстречу. — Я не хочу с тобой ссориться. Пойми, я попросту за тебя пере­живаю. Ты мне очень дорога.

— Я понимаю. — Выражение ее лица чуточку смяг­чается. — Но, может быть, прежде чем переживать за других, посмотришься в зеркало? У тебя своих замо­рочек полно, детка.

Мы двигаемся дальше, но если раньше вместе нам было легко и комфортно, то теперь между нами воз­никло трение. Сегодня мы идем не в ногу. Шагая по мосту, я стараюсь не глядеть на воду: вдруг она при­зовет меня к себе, как в том кошмарном сне?

Следующая новость
Предыдущая новость

Рейс Royal Flight с туристами экстренно сел в Новосибирске «Coral Travel» передумал отменять чартеры в Гамбию На западном побережье Крыма планируют построить новые курорты Rixos Hotels — место встречи с российскими звездами Правительство выбрало оператора электронной путевки

Лента публикаций